?

Log in

No account? Create an account
Памяти невинно убиенного Великого мученика Николая Второго и его семьи посвящается…
Русская Вандея
rus_vandeya
01.04.2012 в Ипатьевская трагедия. 
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь.
Прошу Вас, все Православные, Братья и Сестры. В ком есть Истинная Вера, в чьем сердце горит огонь любви и сострадания к невинно убиенным жертвам Ипатьевской трагедии, а также ко всем убиенным в великие годы Смуты, раздираемой нашу Русь в 20 веке.
Я верю, что мученик Николай и вся его семья беспрерывно молятся за нас, за каждого Русского человека, и за нашу Державу. За Свою Державу, и нас — предавших Отца детей. Прости Нас Николай, прости и Благословляй на новое возрождение Великой Русской Империи!
В статье собраны свидетельства о чудесах, происходивших по молитвам к убиенным государю Императору Николаю II, Императрице Александре, царевичу Алексею, царским дочерям Татьяне, Марии, Ольге, Анастасии. 
До нашего времени не прекращается заступничество Царственных мучеников о Русской земле и о всех, кто обращается к ним со словами молитвы.
..............
ПОСЛАНИЕ Патриарха Московского и Всея Руси АЛЕКСИЯ II и Священного Синода
Русской Православной Церкви к 75-летию убиения Императора Николая II и Его Семьи
Возлюбленные во Христе архипастыри, пастыри и чада Церкви Русской!
С сугубой молитвой и с особой болью в сердце мы воспоминаем скорбную годовщину. Семьдесят пять лет назад, в ночь с 16 на 17 июля 1918 года, была совершена беззаконная расправа над Императором Николаем II и его Семьей. По приказу властей были лишены жизни люди, вся вина которых состояла в том, что они принадлежали к царствовавшей династии. Императорская Семья безропотно приняла выпавшие на ее долю страдания.
Узнав об убийстве Царской Семьи, Святитель Московский Тихон с церковного амвона свидетельствовал: «…На днях совершилось ужасное дело: расстрелян бывший Государь Император Николай Александрович… и высшее наше правительство — Исполнительный Комитет — одобрил это и признал законным. Но наша христианская совесть, руководясь Словом Божиим, не может согласиться с этим. Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто совершил его…»
Грех цареубийства, происшедшего при равнодушии граждан России, народом нашим не раскаян. Будучи преступлением и Божеского, и человеческого закона, этот грех лежит тяжелейшим грузом на душе народа, на его нравственном самосознании.
И сегодня мы, от лица всей Церкви, от лица всех ее чад — усопших и ныне живущих — приносим перед Богом и людьми покаяние за этот грех. Прости нас, Господи!
Мы призываем к покаянию весь наш народ, всех чад его, независимо от их политических воззрений и взглядов на историю, независимо от их этнического происхождения, религиозной принадлежности, от их отношения к идее монархии и к личности последнего Российского Императора.
Какое бы место ни занимал в истории Император Николай II — убиение Его и Его Семьи остается страшным уроком истории. Урок этот учит нас тому, что тщетны попытки построить благо народа на крови. Начало русской истории было отмечено убиением святых страстотерпцев Бориса и Глеба, и не в сем ли грехе коренятся последовавшие за ним народные беды? В начале нашего века, решив строить жизнь по-новому, вожди страны снова начали с преступления. Вскоре после этого Россия утонула в крови, оказалась ослеплена жаждой насилия и безумием вражды.
Ныне, отрекаясь от грехов прошлого, мы должны понять: благие цели должны достигаться достойными средствами. Созидая и обновляя жизнь народа, нельзя идти по пути беззакония и безнравственности. Совершая любое дело, даже самое доброе и полезное, нельзя приносить в жертву человеческую жизнь и свободу, чье-либо доброе имя, нравственные нормы и нормы закона.
Задачей Церкви является служение, направленное на внутреннее преображение народа Божия, на его нравственное совершенствование. Для этого нам, чадам одной Матери-Церкви, надо остро прочувствовать единство наше в Теле Христовом, члены Которого, будучи непохожи друг на друга, вместе суть одно (1 Кор. гл. 12). Покаяние в грехе, совершенном нашими предками, должно стать для нас еще одним знаменем единства. Пусть нынешняя скорбная дата соединит нас в молитве с Русской Зарубежной Православной Церковью, возродить духовное общение с которой в верности духу Христову мы искренне стремимся. Пусть не нарушает мира церковного и неоднозначное отношение архипастырей, пастырей и мирян наших к вопросу о канонизации Императора Николая II и Его Семьи. Призываем всех вас молиться, чтобы Церковь смогла вынести об этом суждение в духе соборного согласия, не уступая давлению суетных мирских настроений. Тогда, и только тогда суждение это будет действительно выражением голоса Церковной Полноты, принесет пользу Церкви и Отечеству.
Мы призываем наши высокие гражданские власти возобновить детальное расследование убийства Императора Николая II, Его Семьи, членов Императорской Фамилии и Их родственников. Руководить таким дорасследованием должна авторитетная и полномочная комиссия, в которую могут войти представители Церковного Священноначалия, органов высшей государственной власти, ученого мира, церковной и светской общественности. Комиссии этой необходимо рассмотреть все аспекты екатеринбургского преступления — нравственные, правовые, политические. Это нужно не только для успешной исторической истины, но и для того, чтобы государственная власть законодательно осудила совершенное злодеяние, восстановив тем самым преемство своей верности закону и нравственности.
Всем нам да дарует Бог быть ревностными в стремлении исполнить заповедь Его: «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5, 48). Пусть все дела, слова, помышления наши будут достойны нашего христианского звания. И да не посрамят они нас пред лицом Господа, Который «будет судить вселенную по правде, и народы — по истине Своей» (Пс. 95, 13).
ЧУДЕСА
ЦАРСТВЕННЫХ МУЧЕНИКОВ
По благословению Митрополита
Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна
ПРЕДИСЛОВИЕ
ПРАЗДНИК русских святых был установлен в 1918 г. на всероссийском церковном соборе, когда начались открытые гонения на Церковь. В годину кровавых испытаний требовалась особая поддержка русских святых, реальное знание того, что мы не одиноки на крестном пути. Церковь находилась в муках рождения бесчисленных новых святых. Святые связаны друг с другом, и одно из самых замечательных событий нашего времени — благословение Святейшего Патриарха Алексия II на построение в Екатеринбурге храма всех русских святых на месте взорванного Ипатьевского дома, где 17 июля 1918 года была расстреляна Царская семья. Конечно, это означает не что иное, как признание Патриархом святости Царственных мучеников.
Те, кто протестует против канонизации последнего русского Царя, говорят, что он принял смерть не как мученик веры, но как политическая жертва среди других миллионов. Нельзя не отметить, что Царь здесь не представляет никакого исключения: величайшая ложь коммунистического режима заключалась в том, чтобы представить всех верующих как политических преступников. Замечательно, что во время Страстей из всех обвинений, выдвинутых против Него, Христос отверг только одно — именно то, которое представляло Его в глазах Пилата политическим деятелем. Царство Мое не от мира сего — сказал Господь. Именно это искушение, попытку превратить Его в политического мессию, Христос постоянно отметал, исходила ли она от искусителя в пустыне, от самого ли Петра, или от учеников в Гефсимании: возврати меч твой в его место. В конце концов то, что произошло с Государем, можно понять только через тайну Христова креста. Исследователю важно найти такую позицию, где участвует Промысл Божий, где политика поставлена на свое место и где оправдан взгляд на историю, вполне соответствующий церковной традиции и вере наших отцов.
Русская Церковь знает такой вид святости, как страстотерпчество: прославляет тех, кто терпел страдания. Среди славного лика святых в сердце русского народа святые князья-страстотерпцы занимают особое место. Они не были замучены за исповедание своей веры, а стали жертвами политических амбиций, вызванных кризисом власти. Поражает сходство их невинной смерти со страданиями Спасителя. Как Христос в Гефсимании, первые русские мученики Борис и Глеб были захвачены хитростью, но не проявили никакого сопротивления, несмотря на готовность их приближенных заступиться за них. Как Христос на Голгофе, они простили своих палачей и молились за них. Как Спаситель в предсмертной муке, они испытывали искушение поступить по своей воле, и, как Он, отвергли его. В сознании юной Русской Церкви это соединилось с образом той невинной жертвы, о которой говорит пророк Исаия: Как овца, Он был веден на заколение, и как непорочный агнец перед стрегущим его, безгласен. «Повар же Глеба по имени Турчин,— пишет летописец,— зарезал его, как ягненка». Точно такими же страстотерпцами были князья Киевский и Черниговский Игорь, Тверской князь Михаил, царевич Дмитрий Угличский и князь Андрей Боголюбский.
В страданиях и смерти этих святых есть многое, объединяющее их с судьбой Царственных мучеников. Бессонная ночь Государя Николая II в молитве и слезах в вагоне на станции Дно в черный год отречения, предсказанный святыми, сравнима с Гефсиманией Бориса и Глеба — тем началом его крестного пути, когда, как записал он в своем дневнике, были кругом «измена и трусость, и обман». Царь не захотел бороться за власть, боясь стать причиной нового кровопролития на русской земле, без того уже истерзанной войной и междоусобицей. Поразительно, между прочим, что этот момент используется, как козырь противниками канонизации: наверное, не найдется ни одной газеты, где не было бы статей на эту тему. Сам факт смелого обсуждения такой глубоко богословской проблемы в светской печати как бы уже говорит о смешении церковных и мирских понятий у их авторов. То, что убедительно для неверующих с точки зрения мирской мудрости и нравственности, например, полукритика-по-лузащита сергианства, с духовных позиций может оцениваться совсем иначе. Неужели не видно, что в атмосфере страха и предательства, которая окружала тогда Государя, было начало революционного насилия, завершившегося кровавой бойней в Ипатьевском доме! Царь не имел ни вида, ни доброты, и в этом предании его себя до конца в волю Божию напрасно было бы искать какой-либо земной успех. Именно в этом поражении его была уже мученическая победа, которая не от мира сего 1.
Воспоминание баронессы Буксгевден
НЕРЕДКО приходится слышать: «Все, что Вы пишете о святости Царя-мученика, замечательно. Но вот вопрос, который имеет немаловажное значение для канонизации и который смущает многих — были ли явлены через него чудеса?» Для нас, православных, высшее чудо — благодать Божия, и, вне всякого сомнения, многим, молящимся Царю-мученику, было дано узнать эту благодать, так что мы не имеем нужды, как говорит апостол Иоанн Богослов, ни в каком большем чуде, ни в каких иных доказательствах. Тем не менее, и внешних чудес немало, и начинаются они с самого детства Государя.
Есть очень интересное воспоминание баронессы Буксгевден о нашем святом страстотерпце Государе Николае Александровиче, где она приводит рассказ Государя о своем деде Императоре Александре II, с которым у него было много общего. Император Александр II ввел демократические реформы для своего народа, и за это был преследуем нигилистами на каждом шагу во время своей потерявшей иллюзии старости. Внук Николай был его любимцем, его «солнечным лучом», как Александр II его называл.
«Когда я был маленький, меня ежедневно посылали навещать моего деда,— рассказывал Николай II своим дочерям.— Мой брат Георгий и я имели обыкновение играть в его кабинете, когда он работал. У него была такая приятная улыбка, хотя лицо его бывало обычно красиво и бесстрастно. Я помню то, что на меня произвело в раннем детстве большое впечатление…» — И вот, здесь следует рассказ, на который мы с вами должны обратить внимание: «Мои родители отсутствовали, а я был на всенощной с моим дедом в маленькой церкви в Александрии. Во время службы разразилась сильная гроза, молнии блистали одна за другой, раскаты грома, казалось, потрясали и церковь, и весь мир до основания. Вдруг стало совсем темно, порыв ветра из открытой двери задул пламя свечей, зажженных перед иконостасом, раздался продолжительный раскат грома, более громкий, чем раньше, и вдруг я увидел огненный шар, летевший из окна прямо по направлению к голове Императора. Шар (это была молния) закружился по полу, потом обогнул паникадило и вылетел через дверь в парк. Мое сердце замерло, я взглянул на моего деда — его лицо было совершенно спокойно. Он перекрестился так же спокойно, как и тогда, когда огненный шар пролетал около нас, и я почувствовал, что это и не мужественно, и недостойно так пугаться, как я. Я почувствовал, что нужно просто смотреть на то, что произойдет, и верить в Господню милость так, как он, мой дед, это сделал. После того, как шар обогнул всю церковь и вдруг вышел в дверь, я опять псмотрел на деда. Легкая улыбка была на его лице, и он кивнул мне головой. Мой испуг прошел, и с тех пор я больше никогда не боялся грозы»,— говорил Николай Александрович.
Это событие явилось знаменательным в судьбе Императора Александра II и в судьбе святого мученика Царя Николая II и, можно сказать, прообразовало страшную грозу и бурю, которой скоро оказалась охваченной Россия. Сам Государь Николай Александрович так рассказывал своим дочерям о цареубийстве и о смерти Царя-освободителя: «Мы завтракали в Аничковом дворце, мой брат и я, когда вбежал испуганный слуга: «Случилось несчастье с Императором,— сказал он,— наследник (Александр III) отдал приказание, чтобы Великий Князь Николай Александрович (т. е. я) немедленно приехал бы в Зимний дворец. Терять время нельзя». Генерал Данилов и мы побежали вниз и сели в какую-то карету, помчались по Невскому к Зимнему дворцу. Когда мы поднимались по лестнице, я видел, что у всех встречных были бледные лица, на ковре были большие красные пятна — мой дед, когда его несли по лестнице, истекал кровью от страшных ран, полученных от взрыва. В кабинете уже были мои родители. Около окна стояли мои дядя и тетя. Никто не говорил. Мой дед лежал на узкой походной постели, на которой он всегда спал. Он был покрыт военной шинелью, служившей ему халатом. Его лицо было смертельно бледным, оно было покрыто маленькими ранками. Его глаза были закрыты. Мой отец подвел меня к постели: «Папа,— сказал он, повышая голос,— ваш луч солнца здесь».— Я увидел дрожание ресниц. Голубые глаза моего деда открылись. Он старался улыбнуться. Он двинул пальцем, но не мог поднять рук и сказать то, что хотел, но он несомненно узнал меня. Протопресвитер Баженов подошел и причастил его в последний раз, мы все опустились на колени, и Император тихо скончался. Так Господу было угодно,— закончил Николай II».
Покорность воле Божией, пишет баронесса Буксгевден, была основой его религии. Его вера в Божественную мудрость, которая направляет события, давали Николаю II то совершенно сверхъестественное спокойствие, которое никогда не оставляло его. Прославляя последнего русского Царя и его мученическую кончину, мы должны в полной мере оценить эту, может быть, главную, определяющую его святость черту. Хорошо быть с Господом на горе Преображения, но драгоценнее любить волю Божию среди тусклых будничных трудностей и выходить навстречу Христу среди бури, и поклоняться Ему, когда Он на кресте. Один опытный пастырь говорил: «Когда я вижу душу, которая во всем полагается на Бога, хотя бы она лишена была всего остального, я говорю: вот душа, которая имеет все. Все остальное, с какими угодно великими дарами, без этого, меня страшит, и я боюсь увидеть здесь действие Люцифера». В самом деле, какая польза от высших светов, Божественных откровений, когда не любят волю Божию? Знание души, верной своему долгу, спокойной, доверяющей во всем Божию Промыслу, дороже, чем самое глубокое проникновение в тайну.
Мы ужасаемся бедствиям нынешнего времени, но, как сказал святой Иоанн Златоуст, одно только страшно — грех. Все содержит Господь, на все воля Божия, благословляющая и попускающая. Все события — лучи солнца воли Божией, и человек, который имеет от Бога дар это видеть, сам становится лучом солнца среди мрака событий.
Рассказ Д. Ходиева, 1967 г.
Осенью 1909 года я с женою был в Крыму и там тогда произошел следующий, поразивший многих случай, о чем долго говорили: во время посещения Государем старинного Георгиевского монастыря близ Севастополя два глубоких старца-схимника, не покидавшие обычно своего затвора, вдруг вышли, приблизились к Государю, молча пали в земном поклоне, встали, перекрестились,— как бы предвидя в нем святого мученика, и так же молча удалились.
Рассказ графа Д. С. Шереметьева, 1968 г.
Этот случай произошел в эпоху Великой войны, в 1915 году. Государь Император вместе с Императрицей Александрой Феодоровной и Августейшими детьми прибыл в Севастополь. (…)
Государь, любивший после завтрака делать большие прогулки на автомобиле по окрестностям Севастополя, (…) неожиданно отправился с Императрицей в Георгиевский монастырь, где он раньше, в прежние годы неоднократно бывал, но на этот раз в монастыре его никто не ожидал. Игумен и братия были очень удивлены и обрадованы Высочайшим посещением. (…)
Мы вошли в церковь, и начался молебен. Стройные голоса монахов сразу изменили настроение: точно мы вошли после бури в тихий залив. Все было так молитвенно, проникновенно и тихо… Вдруг за дверьми храма, весьма небольших размеров, раздался необычайный шум, громкие разговоры и странная суматоха, одним словом, что-то такое, что не соответствовало ни серьезности момента, ни обычному монастырскому чинному распорядку. Государь удивленно повернул голову, недовольно насупил брови и, подозвав меня к себе жестом, послал узнать, что такое произошло и откуда это непонятное волнение и перешептывание. Я вышел из храма и вот что я узнал от стоявших монахов: в правых и левых скалах, в утесах живут два схимника, которых никто из монахов никогда не видел, и о том, что они живы, известно только по тому, что пища, которая им кладется на узкой тропинке в скалах, к утру бывает взята чьей-то невидимой рукой. (…)
И вот произошло невероятное событие, потрясшее всех монахов монастыря: два старца в одежде схимников тихо поднимались по крутой лестнице, ведущей вверх со стороны моря. О прибытии Государя в монастырь им ничего не могло быть известно, ибо и сам игумен и братия, никто не знал о посещении Государя, которое было решено совершенно внезапно, в последнюю минуту. Вот откуда волнение среди братии. Я доложил Государю и видел, что это событие произвело на него впечатление, но он ничего не сказал и молебен продолжался.
Когда кончился молебен, Государь и Императрица приложились ко Кресту, потом побеседовали некоторое время с игуменом и вышли из храма на площадку. (…)
Там, где кончалась деревянная лестница, стояли два древних старца. У одного была длинная белая борода, а другой был с небольшой бородкой. Когда Государь поравнялся с ними, они оба молча поклонились ему в землю. Государь видимо смутился, но ничего не сказал и медленно им поклонился.
(…) Теперь, после всего происшедшего, думается, что не предвидели ли монахи-схимники своими мысленными очами судьбы России и Царской семьи и не поклонились ли они в ноги Государю Императору Николаю II, как Великому страдальцу земли Русской.
Живя уже здесь, в беженстве, много лет спустя, слышал я от одного достоверного лица, которому Государь сам лично это рассказывал, что однажды, когда Государь на «Штандарте» проходил мимо Георгиевского монастыря, он, стоя на палубе, видел, как в скалах показалась фигурка монаха, большим крестным знамением крестившего стоявшего на палубе «Штандарта» Государя все время, пока «Штандарт» не скрылся из глаз.
Рассказ игумена Серафима (Путятина), 1920 г.
Современная великая подвижница-прозорливица «Саровская Прасковья Ивановна», жившая последние годы жизни в Дивееве, а до сего несколько десятков лет в лесу, начавшая свои подвиги еще при жизни преподобного Серафима; та, которая предсказала Государю и Государыне за год рождение сына, но «не на радость, а на скорбь родится этот царственный птенчик», невинная и святая кровь которого будет вопиять на Небо. Она в последние дни земной жизни, в своих условных, но ясных поступках и словах, предсказывала надвигающуюся на Россию грозу. Портреты Царя, Царицы и Семьи она ставила в передний угол с иконами и молилась на них наравне с иконами, взывая: «Святые Царственные мученики, молите Бога о нас». В 1915 году, в августе я приезжал с фронта в Москву, а затем в Саров и Дивеево, где сам лично в этом убедился. Помню, как я служил Литургию в праздник Успения Божией Матери в Дивееве, а затем прямо из церкви зашел к старице Прасковье Ивановне, пробыв у нее больше часа, внимательно слушая ее грядущие грозные предсказания, хотя выражаемые притчами, но все мы с ее келейницей хорошо понимали и расшифровывали неясное. Многое она мне тогда открыла, которое я тогда понимал не так, как нужно было, в совершающихся мировых событиях. Она мне еще тогда сказала, что войну затеяли наши враги с целью свергнуть Царя и разорвать Россию на части. За кого сражались и на кого надеялись, те нам изменят и будут радоваться нашему горю, но радость их будет ненадолго, ибо и у самих будет то же горе.
Прозорливица при мне несколько раз целовала портреты Царя и семьи, ставила их с иконами, молясь им как святым мученикам. Потом горько заплакала. Эти иносказательные поступки понимались мною тогда, как переживаемые великие скорби Царя и Семьи, связанные с войной, ибо хотя они не были растерзаны гранатой и ранены свинцовой пулей, но их любящие сердца были истерзаны беспримерными скорбями и истекали кровью. Они были действительно бескровные мученики. Как Божия Матерь не была изъязвлена орудиями пытки, но при виде страдания Своего Божественного Сына, по слову праведного Симеона в сердце Ей прошло оружие. Затем старица взяла иконки Умиления Божией Матери, пред которой скончался преподобный Серафим, заочно благословила Государя и Семью, передала их мне и просила переслать. Благословила она иконки: Государю, Государыне, Цесаревичу, Великим Княжнам Ольге, Татьяне, Марии и Анастасии, Великой Княгине Елисавете Феодоровне и А. А. Вырубовой. Просил я благословить иконку Великому Князю Николаю Николаевичу, она благословила, но не Умиления Божией Матери, а преподобного Серафима. Больше никому иконок не благословила, хотя я даже сам просил для некоторых, но мои просьбы не повлияли, так как она действовала самостоятельно. Иконки были тотчас же посланы по принадлежности, где и были получены своевременно. После этого я пробыл в Дивееве еще несколько дней, по желанию старицы ежедневно ходя к ней, поучаясь от нее высокой духовной мудрости и запечатлевая в сердце своем многое, тогда мне еще непонятное. Только теперь мне представляется более ясным, как Богом было открыто этой праведнице все грядущее грозное испытание уклонившемуся от Истины русскому народу. Непонятно было для меня тогда, почему всем, кроме Великого Князя Николая Николаевича, иконки не преподобного Серафима, а Умиления Божией Матери, пред которой скончался преподобный Серафим. В настоящее время для меня это ясно: она знала, что все они кончат жизнь кончиной праведников-мучеников, как кончил жизнь и преподобный Серафим, и наследуют жизнь вечную в обителях рая вместе с ним. Целуя портреты Царя и Семьи, прозорливица говорила, что это ее родные, милые, с которыми скоро будет вместе жить. И это предсказание исполнилось. Она через месяц скончалась, перейдя в вечность, а ныне вместе с Царственными мучениками живет в небесном тихом пристанище.
Старец Гефсиманского скита
иеромонах Варнава (Меркулов)
В начале 1905 г. состоялась встреча Государя Николая Александровича со старцем Варнавой, прославленным в лике святых летом 1995 г. О содержании беседы Государя со старцем точных сведений нет. Достоверно известно лишь, что именно в этот год Николай II получил благословение на принятие мученического конца, когда Господу угодно будет этот крест на него возложить.
Старец Варнава многим предсказывал будущие гонения за веру — иным прикровенно, иным совсем явно — и давал прямые и точные указания, как им жить в 20-е, 30-е, 40-е, 50-е и последующие годы.
Предсказывал старец Варнава и грядущее возрождение Русской Православной Церкви, и святую жизнь во Христе: «Преследователи против веры будут постоянно увеличиваться, неслыханные доныне горе и мрак охватят все и вся, и храмы будут закрыты. Но когда уже невмоготу станет терпеть, то наступит освобождение. И настанет время расцвета. Храмы опять начнут возводиться. Перед концом будет расцвет».
Старец Оптинский
иеромонах Нектарий (Тихонов) 2
Между февралем и октябрем 1917 года он говорил: «Тяжелое время наступает теперь. В мире теперь прошло шесть и наступает число семь. Наступает век молчания. Молчи, молчи,— говорит батюшка, и слезы текут у него из глаз…— И вот Государь теперь сам не свой. Сколько унижений он терпит за свои ошибки. 1918 год будет еще тяжелее. Государь и вся Семья будут убиты, замучены. Одна благочестивая девушка видела сон: сидит Иисус Христос на престоле, а около Него двенадцать апостолов, и раздаются с земли ужасные муки и стоны. И апостол Петр спрашивает Христа: «Когда же, Господи, прекратятся эти муки?» — и отвечает ему Иисус Христос: «Даю сроку до двадцать второго года. Если люди не покаются, не образумятся, то все так погибнут». Тут же, пред престолом Божиим предстоит и наш Государь в венце великомученика. Да, этот Государь будет великомучеником. В последнее время он искупил свою жизнь, и если люди не обратятся к Богу, то не только Россия — вся Европа провалится…»
С. А. Нилус 3
…мне недели две 4 пришлось провести в Киеве в общении с людьми высокой духовной настроенности, и там, в Киеве, игуменья предоставила мне возможность видеть старицу Ржищева монастыря (ниже Киева по Днепру) и при ней послушницу, 14-летнюю девочку Ольгу Зосимову Бойко. Эта малограмотная деревенская девочка 21 февраля сего года, во вторник второй недели Великого поста впала в состояние глубокого сна, продолжавшегося с небольшими перерывами до самой Великой субботы, всего ровно сорок дней. Во время этого сна при пробуждениях, последние же две недели и во сне, девочка эта питалась только одними Св. Христовыми Тайнами. В Великую субботу Ольга проснулась окончательно, встала, умылась, оделась, помолилась Богу, пошла на свое клиросное послушание и отстояла всю Пасхальную службу, не садясь, несмотря на уговоры. Во время своего этого сна Ольга имела видения жизни загробной и сказывала сонная и когда просыпалась, что видела, а за ней записывали. В Киеве с ее слов и слов ее старицы записал я, о чем главное повествую теперь и Вам.
Во вторник второй недели Великого поста, в пять часов утра Ольга пришла в молельную (псалтырню) и, положив три земных поклона, обратилась к сестре, которую она должна была сменить, и сказала: «Прошу прощения и благословите, матушка, я буду умирать…» Сестра ответила ей: «Бог благословит… Час добрый. Счастлива бы ты была, если бы в эти годы умерла». После этого Ольга легла спать на кровати в псалтырне и заснула. Проснувшись через трое суток, она рассказала следующее: «За неделю до этого я видела во сне Ангела, который сказал мне, что через неделю, во вторник, я пошла бы в псалтырню, чтобы там умирать, но этого сна мне не велено было говорить. Когда во вторник я шла в псалтырню, то увидела как бы пса, бежавшего на двух лапах, и в испуге бросилась в псалтырню, там в углу, где иконы, я увидела св. Архистратига Михаила, в стороне смерть с косою, я испугалась и перекрестилась, а потом легла на кровать, думая уже умереть. Смерть подошла ко мне, и я лишилась чувств…» Затем пришел св. Ангел, который и стал ее водить по разным светлым и темным местам. Всех видений Ольги я Вам описывать не буду, ибо они во многом очень похожи на все видения подобного рода. Опишу Вам только важнейшие и имеющие касательство к нашему времени. (…)
«…в ослепительном свете на неописуемом дивном престоле сидел Спаситель, а возле Него по правую руку — наш Государь, окруженный ангелами. Государь был в полном царском одеянии: светлой белой порфире, короне, со скипетром в руке… И я слышала, как беседовали между собою мученики, радуясь, что наступает последнее время и что число их умножится. Говорили они, что мучить будут за Имя Христово и за неприятие печати, и что церкви и монастыри скоро будут уничтожены, а живущие в монастырях будут изгнаны, что мучить будут не только духовенство и монашество, но и всех, кто не захочет принять печать и будет стоять за Имя Христово, за веру, за Церковь…»
(…) Первого марта, в среду вечером Ольга просыпалась и, проснувшись, сказала: «Вы услышите, что будет на двенадцатый день» 5. В самый этот день в Ржищеве по телефону из Киева узнали об отречении Государя от престола. Когда вечером в этот день Ольга проснулась, старица обратилась к ней и в волнении об этом рассказала. Ольга ответила: «Вы только теперь узнали, а у нас там давно об этом говорили, давно слышно. Царь там давно сидит с Небесным Царем». Старица спросила: «Какая же тому причина?» Ольга ответила: «То же, что было и Небесному Царю, когда Его изгнали, поносили и распяли. Наш Царь,— сказала она,— мученик» (…) Сестры при этом пожалели Государя и сказали: «Бедный, бедный, несчастный страдалец». Ольга улыбнулась и сказала: «Наоборот, из счастливых счастливец. Он мученик. Тут пострадает, а там с Небесным Царем будет». Таково, в главном, видение послушницы Ольги Бойко из Ржищева монастыря Киевской епархии.
А. А. Костанда
На его средства в Монморанси под Парижем при доме Союза Русских Военных Инвалидов (в 1952 году) был построен храм «в память Государя Императора Николая II, всей Царской Семьи, верных слуг ее, всех воинов, за Веру, Царя и Отечество живот свой положивших, на поле брани павших и в борьбе с большевиками погибших и умученных». Он пишет: «После освящения храма в 3 часа дня я отправился в церковь, чтобы уединенно помолиться о спасении России от сатанинского ига. По случаю Пасхальной недели Царские врата в храме были открыты. Вдруг алтарь озарился ярким светом, сверкнула молния и раздался голос: «Спасибо, мой верный и преданный слуга. Россия скоро будет». Раздавшийся затем другой голос сказал: «Вспомни, что я тебе сказал в 1908 году: ты воздвигнешь храм на чужой земле, он явится прообразом многих храмов, которые будут построены на земле Русской». Затем свет погас. Слова, сказанные вторым голосом, были мне сказаны отцом Иоанном Кронштадтским в апреле 1908 года в С.-Петербурге при посещении им нашей семьи». 6
Пророчество преподобного Серафима Саровского
и о. Митрофана Сребрянского
Особое место среди пророчеств преподобного Серафима Саровского занимает пророчество о будущем Царе-мученике. «Того Царя, который меня прославит,— говорит преподобный Серафим,— и я прославлю». Это пророчество начало исполняться в 1903 году при прославлении преподобного Серафима, когда Государь написал: «Немедленно прославить». Помним мы предсказание Преподобного о том, что будут великое торжество и радость, когда Царская фамилия приедет, и среди лета воспоют Пасху, предсказание, которое заканчивается скорбным изображением грядущих испытаний России: «А что после будет — ангелы не будут успевать принимать души». Царская семья действительно посетила Саров и Дивеево в дни открытия мощей преподобного в 1903 году. Государь с архиереями нес раку со святыми мощами, и народ пел в великой радости Пасху. И вторая часть предсказания после этого скоро стала реальностью.
Но разве все уже совершилось из того, что сказал Преподобный? Прославление Господом Царя-страстотерпца Николая Александровича в мученической кончине, очевидно, должно запечатлеться и церковным прославлением. Кроме того, мы знаем из Священного Писания, что пророчества часто имеют не одно только исполнение — исполнившееся может иметь продолжение и по-новому раскрываться на новом этапе истории. Второе обретение мощей преподобного Серафима в 1991 году, когда православная Россия среди лета пела Пасху, не было ли дано нам в утешение накануне новых скорбей, о которых преподобный Серафим сказал, что ангелы после этого не будут успевать принимать души? Или эти слова в полноте раскроются после нашей канонизации Царя за молитвы преподобного Серафима, накануне кончины мира, когда наступит краткий расцвет Православия в России? Судьбы Отечества нашего связаны с прославлением Царственных мучеников и с молитвенным заступничеством преподобного Серафима. Пока мы не прославили Царя, пока Россия не заслужила этого прославления своим покаянием, будем к новым мученикам нашим взывать, потому что мученичество нашего Царя нельзя отделить от мученичества всего православного народа, и к преподобному Серафиму, чтобы они вымолили для нас у Господа этот дар.
В подтверждение истинности сказанного, приведем благодатное откровение о. Митрофана Сребрянского, духовника преподобно-мученицы Великой Княгини Елизаветы, записанное в его дневнике. Перед началом февральской революции о. Митрофан видел предутренний сон, который сильно взволновал его. Придя в церковь в большом волнении, он попросил позвать к нему в алтарь м. Елизавету. Вот их диалог:
— Матушка, я так сильно взволнован только что виденным мною сном, что не могу сразу начать служение Литургии. Может быть, рассказав его Вам, я смогу несколько успокоиться. Я видел во сне четыре картины, сменяющиеся одна за другой. На первой я видел горящую церковь, которая горела и рушилась. На второй картине я видел в траурной рамке Вашу сестру Императрицу Александру, но затем из краев этой рамки стали вырастать ростки, и белые лилии покрыли изображение Императрицы. Затем на третьей картине я видел Архангела Михаила с огненным мечом в руках. Эта картина сменилась, и я увидел молящегося на камне преподобного Серафима.
Выслушав этот рассказ, м. Елизавета сказала:
— Вы видели, батюшка, сон, а я Вам расскажу его значение. В ближайшее время наступят события, от которых сильно пострадает наша Русская Церковь, которую Вы видели горящей и гибнущей. На второй картине — портрет моей сестры. Белые лилии, заполнившие портрет, говорят о том, что жизнь ее будет покрыта славой мученической кончины. Третья картина — Архангел Михаил с огненным мечом — говорит о том, что Россию ожидают большие бедствия. Четвертая картина — молящийся на камне преподобный Серафим — обещает России особую молитвенную защиту преподобного Серафима».
Предстательство Архангела Михаила с небесным воинством и молитвы преподобного Серафима и святых Царственных мучеников — единая тайна спасения России.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Того немногого, что собрано в этой статье — для всякого, кто только не противится сознательно благодати Божией — достаточно, чтобы увидеть очевидность свидетельства Божия о святости Царственных мучеников. Но мы не сомневаемся, что существует еще множество подобных безвестных явлений, о которых мы просим сообщать нам — для публикации в следующем выпуске. Мы хотим собрать все драгоценные камни в Царскую корону — мученический венец наших Святых.
Наш адрес: 109017, Москва, ул. Б. Ордынка, 27а/8, Храм Святителя Николая в Пыжах.

Празднование 300-летия царствования Дома Романовых. Фото.
Русская Вандея
rus_vandeya
Оригинал взят у slovo13 в Празднование 300-летия царствования Дома Романовых. Фото.

А.В. Колчак и разработка "Программы усиленного судостроения Балтийского флота Часть 1
Русская Вандея
rus_vandeya
Оригинал взят у irkol в А.В. Колчак и разработка "Программы усиленного судостроения Балтийского флота Часть 1

К.Л. Козюренок. Архив адмирала Н.О. Фон Эссена

Н.О. Фон Эссен, А.В. Колчак и разработка "Программы усиленного судостроения Балтийского флота на 1911-1915 гг."

В отечественной историографии "Программа усиленного судостроения 1912-1916 гг." для Балтики рассматривалась неоднократно, прежде всего с точки зрения ее места в развитии флота и вооруженных сил в целом накануне Первой мировой войны, истории отечественного кораблестроения.

Определенное внимание уделялось обстоятельствам обсуждения и утверждения программы Государственной Думой.

Сам же процесс ее разработки морским ведомством до сих пор остается малоизученным.

Почти неисследованным аспектом данной темы следует признать роль командования Балтийского флота в создании судостроительной программы, степень и характер его влияния на Морской генеральный штаб (МГШ) и Морское министерство в указанном вопросе.

В литературе существуют два мнения на этот счет, правда, не подкрепленные развернутым фактическим обоснованием. И.Ф. Цветков считает, что предусмотренные оперативными планами флота задачи непосредственно воздействовали на разработку программы судостроения. Согласно Е.Ф. Подсобляеву "результаты больших маневров оказывали влияние на корректировку планов войны на Балтийском море, но, к сожалению, очень мало влияли на выработку программы строительства флота". Пролить свет на данный вопрос может хранящаяся в фондах Российского государственного архива военно-морского флота докладная записка начальника Действующего флота Балтийского моря вице-адмирала Н.О. фон Эссена, поданная им морскому министру И.К. Григоровичу при секретном рапорте от 23 марта 1911 г., публикация которой предлагается вниманию читателей.

Записку можно условно разделить на две части. В первой доказывается необходимость экстренного усиления Балтийского флота, вторая, по сути, является проектом судостроительной программы на 1911-1915 гг. Сам факт представления такого документа морскому министру именно в конце марта 1911 г. вызывает ряд вопросов.


Read more...Collapse )


А.В. Колчак и разработка "Программы усиленного судостроения Балтийского флота Часть 2
Русская Вандея
rus_vandeya
Оригинал взят у irkol в А.В. Колчак и разработка "Программы усиленного судостроения Балтийского флота Часть 2

Часть 1:
http://irkol.livejournal.com/23919.html

Продолжение:

Думается, что в конце 1910 г. в МГШ было решено именно "быстрой и энергичной деятельностью" вслед за черноморской составить и провести подобную же краткосрочную судостроительную программу для Балтийского флота. Действительно, с разработкой и одобрением первой из них "Программа развития вооруженных сил" 1909-1919 гг. окончательно теряла смысл. В то же время из финансовых, политических и военно-технических соображений создание менее дорогостоящих и быстрее выполнимых программ обещало больший успех. Но приступить к этой работе сразу было невозможно, поскольку "в течение 1910 года в I-ой Оперативной части сменилось 3 начальника, причем в течение некоторого времени на лицо вместо 1 начальника и 3 офицеров имелся 1 офицер; подобная нехватка в личном составе и постоянная смена начальников не могло не отразиться в высшей степени неблагоприятно на работе I-ой оперативной части".

Поэтому именно А.В. Колчак с его талантом, опытом, умением быстро "поставить вопрос в реальные формы" и был срочно вызван в столицу на должность начальника отдела МГШ, отвечавшего за Балтийский театр.

В то же время не прекращалась работа и в штабе Действующего флота Балтийского моря. Н.О. фон Эссен не удовлетворился только очередной констатацией факта слабости своих сил, выявившейся на осенних маневрах 1910 г. По его заданию оперативное отделение штаба во главе с капитаном 2 ранга О.О. Рихтером разработало ряд документов, обосновывавших новый план действий, который позволил бы в сложившейся ситуации надеяться на выполнение поставленных перед флотом задач.

В первом из них, докладной записке "Описание оборонительных позиций для флота в Финском заливе", аргументировались преимущества Центральной (Нарген-Поркалауддской) минно-артиллерийской позиции перед всеми прочими возможными, а особенно перед Гогландской, в действовавшем плане войны по прежнему считавшейся основной. По мнению штаба Балтфлота для защиты Центральной позиции требовалось возведение всего трех 305- мм береговых батарей и обеспечение базирования флота на Ревель и Гельсингфорс. Препровождая эту докладную в МГШ, Н.О. фон Эссен в секретном рапорте от 24 декабря 1910 г. обращался к А.А. Эбергарду с просьбой "оказать полное содействие к проведению в жизнь тех минимальных требований", которые излагались в документе Следующие две записки О.О. Рихтера, датированные 20 января 1911 г., были посвящены анализу возможных действий германского флота на Балтике и значению Моонзундского архипелага.


Последний рекомендовалось оборудовать как временную базу для операций минных сил на коммуникациях противника, прорывающегося в Финский залив - углубить и оборудовать фарватеры, установить береговые батареи. Что касается неприятеля, то, впервые в стратегическом планировании, возможность его десанта под Ригой с целью обхода правого фланга русского сухопутного фронта была признана не менее вероятной, чем атака Финского залива и высадка под Петербургом.

Наконец, 26 января 1911 г. из штаба Н.О. фон Эссена в МГШ была направлена итоговая записка с "основными положениями для разработки плана операций Балтийского флота" Они предусматривали генеральное сражение с прорывающимся в Финский залив неприятелем на Центральной позиции, для чего флот в мирное время должен был дислоцироваться в Ревеле и Свеаборге, не завися таким образом в развертывании от времени года. Кронштадт оставался тыловой ремонтной базой, фланговая шхерная позиция готовилась для действий миноносных сил на коммуникациях противника с севера, выход из Моонзунда оборудовался с той же целью для атак с юга, а Ирбенский пролив минировался.

Таким образом рубеж обороны столицы с моря выносился на линию Нарген-Поркалаудд. Но при этом пассивные действия допускались Эссеном только на период, пока позиция не будет надлежащим образом оборудована береговыми батареями. После подготовки оборонительного рубежа вице-адмирал считал возможным "вступить в борьбу за обладание морем", основываясь на тех же предпосылках, что и офицеры МГШ - союз с Англией, наличие на Балтике лишь германских сил второй линии, вступление в строй достраивавшихся кораблей. В этом случае командующий Действующим флотом планировал на постоянной основе разместить бригаду крейсеров и три дивизиона 1-й минной дивизии в Либаве. Сходство с замыслом Эссена 1909 года здесь чисто внешнее, поскольку в новой ситуации усилившийся русский флот уже действительно объективно мог позволить себе выделить часть кораблей для активных действий из передовой базы, не оставляя полностью беззащитным Финский залив и не совершая самоубийственных рейдов.

Интересно отметить, что если на декабрьском документе из штаба Балтфлота начертаны достаточно раздраженные резолюции А.А. Эбергарда, смысл которых сводится к тому, что все предлагаемые Н.О. фон Эссеном меры уже предусмотрены в составленной МГШ программе 1909-1919 гг. и остается лишь дождаться выделения средств, то январские записки приняты к сведению без замечаний. В секретном рапорте от 26 января командующий Действующим флотом Балтийского моря предложил обсудить "Основные положения для разработки плана операций" совместно офицерам оперативного отделения штаба флота и офицерам 1-й оперативной части МГШ.

Такое обсуждение состоялось в феврале-марте 1911 г. и уже 15 апреля "Основания для выработки плана операций Балтийского флота в 1911 г. на случай мобилизации №18 (европейская война)", согласованные двумя штабами, были представлены морскому министру, а 30 мая в общих чертах одобрены императором. После внесения некоторых изменений этот документ под заглавием "План операций морских сил Балтийского моря на случай европейской войны"17 июня 1912 г. был окончательно утвержден Николаем II.

Именно по нему флот действовал в начале Первой мировой 8 февраля 1911 г. прибывший в Санкт-Петербург А.В. Колчак был зачислен в МГШ на должность начальника 1-й оперативной части. Именно он руководил обсуждением представленных штабом Н.О. фон Эссена "Основных положений для разработки плана операций" Балтийского флота. Одновременно Колчак составил "Объяснительную записку к судостроительной программе" на 1911-1915 гг., направленную А.А. Эбергарду уже 28 февраля. Анализируя рост флотов соседних держав и возможность вооруженных конфликтов с ними, будущий адмирал приводит четкую раскладку - на каком театре, какие корабли и в какие сроки необходимо построить, обосновывая в этом документе вывод о необходимости направить основные силы на немедленное воссоздание Балтийского флота. К записке прилагались "Тактические обоснования", формулировавшие основные задачи, которые в морском сражении возлагались на корабли различных классов и определялись "крайний минимальный" и "действительно потребный" составы Балтийского флота.


Read more...Collapse )


“по делу бывшего генерала Пепеляева и его ближайших участников”
Русская Вандея
rus_vandeya
Оригинал взят у d_m_vestnik в “по делу бывшего генерала Пепеляева и его ближайших участников”

Потапов С. Конец пепеляевщины.  (Отдельный оттиск из журнала "По заветам Ильича",  №№ 1-2, 1932 г.).  - файл PDF, 7 Мб.

Приговор военного трибунала 5-й армии по делу бывшего генерала Пепеляева и его ближайших участников. 1924 г.

Старые материалы Белого Приморья о генерале Пепеляеве:

1921-1923 годы В ЯКУТСКОЙ ОБЛАСТИ.

Сверхледяной поход генерала Пепеляева

Из Владивостока походом на Якутск (1921-1923)

Автобиография В.Пепеляева, сына легендарного генерала ПЕПЕЛЯЕВА.

ВСТРЕЧА со старшим сыном легендарного генерала Пепеляева

Мемориал Гражданской войне в Якутии и поход Пепеляева

Ворвавшийся в центр Якутии: материалы по ген. Пепеляеву

Корабли Вострецова

И. Я. Строд в Якутской тайге